История города Суздаль

Панорама Суздаля

Несколько древних сельских поселений, довольно густо осевших по берегам впадавшей в Нерль речки Каменки, были основой, на которой позднее возник город Суздаль. Следы этих поселков были открыты раскопками на территории суздальского кремля и в других местах. Ушедшие сюда из Смоленщины и Новгородского края в поисках свободной земли и свободной жизни земледельцы недолго пользовались этими благами: они сами и их земли и здесь быстро попадали в руки вышедших из их собственной среды «лучших людей», а наезжавшие с киевского юга княжеские даньщики при их помощи отбирали накопленное смердами добро. Уже в 1024 году «по всей той земле» поднимается возглавляемое волхвами крестьянское восстание, обрушившееся на голову феодализирующейся общинной верхушки. Размах «мятежа» был таков, что для его подавления сюда прибыл сам князь Ярослав Мудрый со своей дружиной. В кратком рассказе летописи об этом событии мы и встречаем впервые имя Суздаля. Существенно, что это еще не город, летописец употребляет это имя в женском роде (восстание произошло «в Суздали»), разумея не пункт, а район.

С включением Ростово-Суздальской земли в 1054 году в состав владений князя Всеволода Ярославича, здесь умножается пришлое с юга боярство, захватывающее крестьянские земли и закабаляющее недавно свободных смердов. В «опольи» появляются села княжеских дружинников, а следом за ними идет и духовная власть - церковь. В эту пору начинается и христианизация края. В Ростове возникает епископия, но новый, еще более мощный взрыв народных восстаний начала семидесятых годов XI века потрясает Поволжье вплоть до далекого северного Белоозерья, а в Ростове восставшие убивают первого епископа Леонтия.

Вскоре за этими событиями поднимается кровавая волна первой на северо-востоке феодальной войны конца XI века за обладание богатым краем, переданным Владимиру Мономаху. В Суздале в это время уже есть княжеский двор. Прорвавшийся к Суздалю со стороны тогда не укрепленной Клязьмы князь Олег сжег «город» (то есть какие-то деревянные укрепления), причем за рекой Каменкой уцелел лишь двор киевского Печерского монастыря с деревянной церковью Димитрия.

Эти события ускорили превращение поселков на Каменке в город-крепость. Она стала в крутой петле реки, где население было гуще. Глубокий ров перерезал перешеек, превратив речную излучину в остров, края которого прикрыли земляные валы с рублеными стенами на их гребне.

Мы не знаем точной даты постройки крепости, но, видимо, это произошло на рубеже XII столетия, так как в это время Владимир Мономах построил здесь первое каменное здание на северо-востоке - большой кирпичный собор Успения и княжеский двор при нем. Видимо, Суздаль и был столицей земли в княжение сына Мономаха - Юрия Долгорукого: сюда шли послы и купцы, сюда стремились прорваться вражеские рати. В 1107 году под стенами суздальской крепости были разбиты болгарские полки.

Новая крепость была густо заселена. Простой люд ютился в полуземлянках с поднимавшейся над землей задернованной кровлей, внешне похожей на курганы городского кладбища. Среди этих хижин высились рубленые хоромы городской знати, а над всей крепостью господствовал грандиозный по сравнению с жилищами людей «дом бога» - каменный собор и княжий двор. В характере древнейшего ансамбля Суздаля ярко выразилась резкая противоположность классов феодального города.

Крепость имела три проездные башни. За Ильинскими воротами и восточным рвом крепости постепенно разрастался посад. С востока его территорию прикрывало русло впадавшей в Каменку речки Гремячки, в устье которой на высоком берегу стал в XII веке монастырь Козьмы и Демьяна - покровителей кузнечного дела. С севера посад защищал искусственный ров («Нетёка»), смыкавшийся с Каменкой. Видимо, незадолго до монгольского нашествия по этим границам посада, превосходившего по площади кремль в два раза, был сооружен вал с крепкой тыновой оградой - «острогом». Он имел трое главных ворот. За северными в 1207 году был основан третий Ризположенский монастырь. Вторые ворота выходили к верховью Гремячки. Через третьи, южные, шла дорога к селу Кидекше - резиденции князя Юрия Долгорукого. Здесь, лишь несколькими годами раньше, произошло то же, что мы видели в Боголюбове: поблизости от устья реки Каменки стал княжеский укрепленный валами замок со своим белокаменным храмом (1152). Зарождалась вражда между крепнущей княжеской властью и боярскими верхами Суздаля. Но в городе росла и новая сила - горожане. В борьбе за великокняжеский стол после смерти Андрея Боголюбского (1174) они поддерживают его наследников и их политику наступления на боярскую знать. Суздаль привлекает внимание Всеволода III и его преемника Георгия Всеволодовича. Оно сказывается в новом укреплении города (1192), в обновлении старого собора Мономаха, а затем и в его полной перестройке (1222-1225). Как мы увидим далее, в этом новом выдающемся произведении владимиро-суздальских мастеров с огромной силой сказались вкусы народа, «мизиньных людей» Суздаля, предвещавшие дальнейший расцвет искусства и культуры Владимирской земли.

Но в феврале 1238 года Суздаль был захвачен и сожжен татарами. Однако и после этого удара город продолжал жить, и суздальцы уже в 1262 году смогли поддержать героическое, но безнадежное восстание городов северо-востока против захватчиков. В XIII веке под Суздалем возникают новые монастыри. С севера рядом с Ризположенским монастырем основывается Троицкий монастырь, с северо-запада от них, на высоком берегу Каменки, - Александровский, возникновение которого предание связывает с именем Александра Невского; к югу от города, на излучине реки Мжары - Введенский, с востока - на изгибе Каменки - Васильевский. Это умножение монастырей свидетельствует, что и после татарского разорения суздальское «ополье» было богатом краем, где монахи захватывали землю у крестьян. В то же время расположение монастырей XIII века на выгодных в военном отно­шении точках на ближайших подступах к городу позволяет думать, что их тыновые и рубленые ограды играли роль форпостов городской крепости.

Значение Суздаля возрастает в XIV веке, когда ненадолго усиливается Суздальско-Нижегородское княжество. Его столицей становится богатый центр Поволжья Нижний Новгород. Но и Суздаль продолжает расти и обстраиваться. В середине XIV века нижегородские князья Борис и Андрей Константиновичи основывают здесь новые монастыри - Покровский на низменном правом берегу Каменки и Спасский на кручах ее противоположного левого берега; Спасский монастырь позднее получил имя Спасо-Евфимиева по его первому игумену Евфимию, впоследствии признанному «святым». Оба эти монастыря усиливали оборону города с севера.

От этой ранней поры в названных монастырях не сохранилось никаких остатков: все их постройки были деревянными. Но они наметили крайние точки города, за которые он почти не вышел вплоть до наших дней, и определили места важнейших архитектурных ансамблей, созданных суздальскими зодчими XVI - XVII веков.

Отдельные и отрывочные факты говорят о некотором оживлении культурной жизни города в XIV столетии. По заказу суздальского и нижегородского епископа Дионисия в 1377 году был составлен монахом Лаврентием знаменитый Лаврентьевский летописный свод. В Суздаль попадают царьградские иконы и произведения прикладного искусства, вывезенные из Византии Дионисием. По его заказу изготовляется в 1383 году великолепный ковчег, богато украшенный чернью, эмалью и позолотой. Отдельные памятники станковой живописи, происходящие из суздальских монастырей, свидетельствуют также о развитии иконописного искусства, питавшегося высокими традициями домонгольской поры и, видимо, сыгравшего немалую роль в расцвете живописной культуры Руси XIV - XV веков.

С падением в 1392 году Суздальско-Нижегородского княжества Суздаль навсегда сходит с политической арены. Его жизнь замирает. Обрушившийся в 1445 году древний собор более восьмидесяти лет стоит в развалинах. Лежавший в стороне от больших торговых путей город с его многочисленными монастырями остается лишь крупным религиозным центром, с которым, как и с Владимиром, связаны культурно-политические традиции и исторические воспоминания Москвы. Церковники усиленно создают новые «святыни», открывают «мощи» местных «угодников» для привлечения темного верующего люда. В XV - XVI веках монастыри обогащаются земельными пожалованиями московских государей и знати. Их владения обступают город со всех сторон. Большие земельные площади на его окраинах и называются по имени монастырей - Андреевская сторона, Борисовская сторона, Димитриевская сторона и т. д. В монастырях скапливаются богатые вклады; их ризницы превращаются в сокровищницы драгоценных произведений ювелирного искусства, являющихся ныне гордостью ряда музеев. Уже в первой половине XVI века в Покровском, Ризположенском и Спасо-Евфимиевом монастырях создаются монументальные каменные постройки. Возрождение каменного строительства в Суздале было связано не только с ростом экономического могущества крупных монастырей, но отражало и общий подъем роли городов и рост городского ремесла, в том числе и строительного дела. В Суздале работают московские зодчие, организующие здесь, на берегах Каменки, кирпичное производство, обучающие суздальских строителей. В архитектуре Суздаля XVI века столичные приемы объединяются с древними суздальскими мотивами, определяя ее своеобразный характер.

Церковное значение города поддерживается тем, что с XIV века он является центром Суздальской епископии, одной из богатейших феодальных организаций, возведенной в конце XVI века в степень архиепископии. Епископский двор помещался в кремле около перестроенного собора, где была построена и новая каменная домовая церковь епископа.

В XVI веке поселки городского люда распространяются и к западу от кремля, за Каменку, где был ряд монастырей. Самый кремль имел теперь пятнадцать башен. На его небольшой территории было еще семь деревянных церквей, пять из которых располагались у его восточного вала. Вместе с собором, остававшимся крупнейшим зданием города, шатры крепостных башен и высокие силуэты кремлевских деревянных церквей образовали архитектурное ядро Суздаля.

В черте вала, на посаде, было еще четырнадцать деревянных церквей, сосредоточенных главным образом в его центре. Здесь, вдоль торговой площади, стояло пять церквей, образовавших почти прямой ряд; у северных и восточных ворот острога стояло по две церкви; точно так же у Ильинских ворот кремля стояли группы из двух и трех храмов. К этому ансамблю зданий кремля и посада присоединялись загородные монастыри с их двадцатью семью храмами. При этом большом количестве церковных построек в городе в 1573 году было всего четыреста четырнадцать дворов! Такого поразительного соотношения не знал, кажется, ни один древнерусский город. Впрочем, религиозность этих немногочисленных суздальских горожан еще в XVII веке сильно отдавала язычеством. Просторный деревянный или, тем более, каменный храм был тесно связан с их бытом. Так, было обычаем совершать обряд бракосочетания ночью; родители новобрачных приносили в храм питья и яства, происходило угощение, а потом гости заводили тут же продолжавшиеся до утра песни и пляски, в которых участвовали и священнослужители ...

В тяжкую пору польско-литовского вторжения, в 1608-1610 годах, захватчики причинили городу страшный ущерб, так что на его посаде уцелело всего семьдесят восемь дворов. В 1634 году на Суздаль совершили грабительский налет крымские татары, а в 1644 - пожар испепелил смежную с кремлем часть посада; наконец, в 1654-1655 годах моровая язва унесла почти половину населения города, достигавшего тогда всего 2467 человек. Но едва ли не большим бедствием для городского люда был произвол духовных владык города. Так, челобитная суздальских кожевников рассказывает, как в 1630 году в ночное время «присылал Иосиф архиепископ своих детей боярских с кожевень грабити и кожи из реки волочити», как жены и дети кожевенников «учали по ближним храмам звонити», как на зов набата сбежался народ, кричавший на насильников, «что де вы так делаете не гораздо хорошо - посадских людишек грабите напрасно?» и как те отвечали угрозой: «Быть де вам без голов, без дворов, и без животов!» Не удивительно, что при всех этих бедствиях город почти не рос: за XVII столетие, по сравнению с XVI веком, в нем прибавилось около сотни дворов.

И тем не менее в этих условиях нищеты и застоя уже с тридцатых годов XVII века в городе возрождается монументальное строительство. Не удивительно, что много строят епископ и монастыри, располагающие огромными средствами и даровым трудом тысяч крепостных. Но строят и посадские люди, - приходится изумляться строительной энергии маленького города!

На протяжении XVII столетия около собора в кремле вырастают величественные каменные здания: могучий столп колокольни, огромный дворец архиерея. В 1645 году присланный из Москвы горододелец Никифор Беклемишев сооружает новые стены и башни кремля. Суздальские монастыри строят новые каменные храмы и стены: их ансамбли теперь соперничают со старым архитектурным центром города - кремлем. В посадских улицах и в слободах на месте старых деревянных вырастают новые каменные церкви. Строительство почти не прерывается. Суздальские кирпичники постоянно жгут для него кирпич на глинистых берегах Каменки. Из среды суздальских ремесленников выходят крупные мастера - зодчие Иван Мамин, Иван Грязной и Андрей Шмаков, - создающие на рубеже XVIII века подлинные шедевры архитектуры. При этом размахе каменного церковного строительства город остается деревянным и убогим, так что в 1711 году здесь было всего пятьсот сорок дворов.

Новое, XVIII столетие ничего не улучшает в жизни Суздаля. В 1719 году пожар снова уничтожает город, а вскоре новая эпидемия опять уносит половину его населения. В 1767 году на славное имя Суздаля падает черная тень: в Спасо-Евфимиевом монастыре организуется центральная тюрьма для духовных и политических преступников, или, как говорили тогда, «безумствующих колодников» - страшная пожизненная могила для вольнодумцев.

Государственные реформы петровской поры подрывают экономическое могущество церкви и монастырей, а в конце века упраздняется и суздальская епископия. Казалось бы, строительство должно заглохнуть. Но оно продолжается суздальским купечеством, хотя, по словам современника, оно было «богатством средственно и даже убого». При этом в XVIII веке строится много храмов такого архитектурно-художественного качества, что эти поздние памятники Суздаля составляют, пожалуй, столь же славную страницу его архитектурной истории, как и памятники двух предшествующих столетий. Они ставятся на прежних местах деревянных храмов, как бы закрепляя старую архитектурную топографию. Да и их формы, весь их облик всем своим существом связан со старыми суздальскими традициями, с которыми сливаются еле ощутимые отражения новых архитектурных вкусов XVIII столетия.

Точно так же сложившаяся к XVIII веку старинная планировка города с основной продольной улицей, которой шла дорога на Переславль-Залесский, Ростов и Ярославль, и с ее немногочисленными ответвлениями была мало изменена утвержденным в 1788 году проектом «регулярной» планировки города. Он лишь слегка распрямил старые улицы и наметил сетку кварталов, которая так и осталась на бумаге - город не рос и почти не строился.

В XVIII веке развивается деятельность суздальских ремесленников-иконописцев. Известно много подписных икон живописцев Бабухина, Родионова, Попова, Горшкова, Ионина и других. Иконы находили широкое распространение. Отсюда закрепившееся народное прозвище суздальцев - «суздальские богомазы».

Суздальские древности уже в XVIII веке привлекают к себе внимание, и местный историк, ключарь собора Анания Федоров, составляет свое знаменитое «Историческое собрание о граде Суждале», дополнявшееся затем местными любителями истории. Этот труд содержит множество ценных сведений по истории Суздаля и его округи.

XIX век не прославил Суздаля новыми памятниками искусства. В 1806-1811 годах строится первое крупное каменное гражданское здание города - большие торговые ряды. В память разгрома армии Наполеона сооружают на высокой точке города классическую колокольню Ризположенского монастыря (1813-1819). Напротив Ризположенского монастыря суздальский купец Блохин строит в духе провинциального классицизма здание богадельни. Этот мало примечательный факт символичен. В Суздаль жизнь выбрасывает своих «отверженных». В его монастырях кончали свою биографию «непогребенные мертвецы», «ушедшие из жизни» или насильственно заточенные. За красными стенами Спасо-Евфимиева монастыря мучились узники духовной тюрьмы - «безумствующие колодники». Можно почти без преувеличения сказать, что как в XI - XII веках, так и восемью веками позднее, Суздаль оставался лишь центром сельскохозяйственной округи. Да и большинство его жителей промышляло садоводством и огородничеством. Даже видавшие провинциальную глушь царской России местные старожилы и историки не могли не отметить особенную заброшенность древнего города. «Город церквей, колоколен и башен, темных народных преданий и надгробных памятников», - так писал о Суздале один из владимирских краеведов прошлого века.

Суздаль по обилию памятников почти всех этапов истории древнерусского искусства и сохранности своего старого внешнего облика не знает себе равных и с полным правом считается городом-музеем, ежегодно привлекающим множество экскурсантов и туристов.

Архитектурный ансамбль Суздаля, сложившийся на протяжении столетий, необычайно живописен. Выдающиеся создания зодчих и более скромные рядовые постройки, характеризующиеся задушевной простотой, объединены здесь в неповторимое по красоте поэтическое целое. Поэтому следует осмотреть все эти памятники, чтобы понять их взаимосвязь и особенности каждого в отдельности.

Мы также не можем обойти молчанием те памятники, которые либо искажены, либо уничтожены, - некоторые из них являлись подлинными жемчужинами архитектуры.

Наши знания о древнем Суздале и его памятниках за последние десятилетия необычайно расширились. Главный вклад в изучение Суздаля сделал А.Д. Варганов. Его трудам мы обязаны многими новыми датами и сведениями о памятниках и открытиями; в частности, им проведены исследования Суздальского собора и Архиерейских палат - сложнейших памятников города. Многие архитектурные памятники Суздаля, в особенности комплекс Спасо-Евфимиева монастыря, еще ждут своего исследователя и реставрации. Рекомендуем прочесть: история Суздаля в варианте А.Д. Варганова

Суздаль | Воронин Н.Н., "Владимир Боголюбово Суздаль Юрьев-Польской", 1965 год