ДОМ В СУЗДАЛЕ

Дом в Суздале на территории Покровского монастыря. Размер изображения 1024х768. Фото: Владимир Сухов.

Самым древним видом деревянного жилища Суздальского края является тип дома, существовавшего в XVIII - начале XIX века и имевшего фасады, рубленые сплошь из бревен, включая и фронтон, а также покрытие по слегам с «курицами» - своеобразными крюками из корневища дерева, имевшими форму головы птицы и поддерживавшими «поток», который выдалбливался из цельного бревна и служил для отвода воды с крыши. Большей частью он уже исчез и известен только по описаниям этнографов, да по немногим образцам в Музее деревянного зодчества в Суздале. Про него И.Э. Грабарь писал: «Избы, покрытые резьбой, невелики по размерам, но могут соперничать по своему высокому искусству с дворцами, построенными великими мастерами».

Декоративное убранство подобной избы было логическим выражением художественно-композиционной системы сооружения. Отдельные элементы декора имели здесь вполне определенное место, выполняя наряду с художественными и утилитарные функции. Больше того, последние предопределяли собою все эстетические свойства декора. «Охлупень» в виде головы птицы или коня, венчавший спереди конек дома, прижимал концы тесин к «князевой телеге»; загнутые концы «куриц» поддерживали водотечник; «причелины», имевшие форму широкой толстой доски, оберегали торцы выступающих наружу слег от загнивания; «полотенца», спускавшиеся вниз по бокам фронтона, предохраняли собою верхние венцы сруба, так называемый «повал», на котором покоился фронтон дома; «огниво» скрепляло «гнеты», то есть толстые брусья на обеих сторонах ската кровли. Даже сам строй скромной домовой резьбы, которой украшались немногие детали, нес в этом случае вполне определенный «практический» смысл, рожденный верованиями крестьянина-земледельца. Основными мотивами украшений, выполненных в технике выемчатой резьбы неглубокого рельефа, были изображения «солнышка», частей круга, полукружий со сходящимися к центру лучами, а так же различные ромбические розетки, спирали, зубчики, скобки, бороздки и другие геометрические фигуры.

Данные мотивы уводят нас в глубокую языческую древность, когда наши предки еще обожествляли грозные и неведомые им силы природы. Солнце, дававшее людям тепло и жизнь, олицетворяло собою доброе начало. Ему поклонялись и видели в нем животворящего бога Ярилу. Этот образ сохранялся в суздальском искусстве очень долго и был излюбленным. Круг или розетка символизировали собою солнечный диск, а спирали и волнистые зубчики имели знак охранения. «Солнышко» старались запечатлеть на наличниках окон, на причелинах и полотенцах, полагая тем самым, что надежно оберегают свое жилище от злых духов.

Не менее значительным для крестьянина было изображение на крыше дома фигуры коня или птицы, которые также служили защитой жилища от разных враждебных человеку сил, поскольку тоже олицетворяли собою солнечное божество.

Образный строй данной резьбы глубоко фольклорен. В ней все проникнуто жизненностью, значительностью и имеет глубоко символический смысл. Из глубин веков идет народное поэтическое сравнение декоративных деталей дома с названиями форм окружающей природы, предметов крестьянского быта, украшений народной одежды, то есть с тем, что было дорого сердцу людей. Фронтон дома нередко называется «челом», обрамлением которого служит «причелина», спуски с крыш носят название «полотенец» или «сережек»; наличники окон сравниваются с «кокошником» - красивым женским головным убором; резные доски, располагающиеся по свесам крыш, называются «подзором», а «ветреницы», закрывающие вверху стык двух причелин, вырезаются в виде кисти руки.

К середине XIX века внешний вид крестьянского дома существенно изменился. Это произошло в связи с изменением приемов строительства, и в первую очередь в связи с заменой «самцовой» конструкции дома легкой стропильной, в результате чего на фасаде появился декоративный фриз, а затем резной карниз, разделивший фасад на две части - бревенчатый сруб и дощатый фронтон. Но старые формы украшений по-прежнему удерживались, лишь постепенно заменяясь новыми мотивами и орнаментами. Причелины и фриз покрываются сочным травным узорочьем в виде волнообразно стелющейся по доске ветви аканта с широкими лапчатыми листьями и лепестковой розеткой в середине завитка. В пышные растительные узоры вплетаются изображения фантастических животных: русалок-берегинь с женским лицом и рыбьим хвостом, птиц-Сирин, веерообразно распустивших крылья; львов с улыбающимися мордами и «расцветшими» хвостами в виде трилистника.

К середине XIX века в местном крестьянском зодчестве сложилась техника резьбы, которая получила название «глухой» или рельефной. Она имела много своеобразного, отличаясь от образцов, распространенных в других уездах губернии, где яркое отражение нашло искусство барокко и классицизма. Наиболее близкие связи суздальской резьбы прослеживаются с белокаменным убранством владимиро-суздальских храмов, с которым резчики были очень хорошо знакомы. Они черпали оттуда многие растительные узоры и мотивы, в частности изображения львов, птиц, драконов.

Но все заимствования находили переработку в совершенно оригинальном варианте. Образы наделены чертами сказочности. Фигуры чудовищных драконов, например, как будто сошли со страниц русских сказок о Змее-Горыныче. Таковы и львы, изображения которых размещались на лобовых досках карниза и воротах. Грозный царь зверей призван был охранять дом от врагов. Роль «оберега» играли также изображения русалок, которых еще называли «берегинями» В жизни людей, живущих по берегам рек, эти водные божества имели немаловажное значение. Их почитали и видели в них своих защитников.

Эти и многие другие мотивы глухой резьбы необычайно поэтичны. В них серьезное постоянно переплетено со здоровым юмором и шуткой, что очень характерно для народного искусства. Львы подчас наделены чертами добродушных домашних животных, и тогда их в народе уже называют просто «котами». Русалок иногда одевают в русские телогреи, а в рот вставляют курительную трубку - и вот уже из бывшей «берегини» получается смешная «фараонка». Особым характером интерпретации наделяется мотив классической вазы с произрастающим из нее растительным узором. «Вазон» в руках суздальского резчика получает форму непритязательной, но по-своему выразительной крестьянской плошки или горшка. Подобным же образом и розетка превращается в распустившийся диск подсолнуха. Крестьянский мастер все перевоплощает по суздальскому разумению. В том и прелесть народного искусства, что оно всегда неповторимо и оригинально. Национальное по содержанию, оно очень многообразно по формам своего проявления.

Вплоть до середины XIX века русские плотники крайне редко пользовались пилами. В строительстве применялись преимущественно тесаные доски, которые изготовлялись путем раскалывания бревна с помощью клиньев и топора. Интенсивное внедрение пилы в строительную практику и появление пиленых досок в крестьянском зодчестве незамедлительно нашло отражение и во внешнем облике дома, особенно в его декоре. Теперь плотник, украшая жилище, все реже использовал резцы и долота. Употребляя усовершенствованные продольные и лучковые пилы, а также коловорот, он стал пропиливать тонкую доску насквозь по заранее нанесенному на ней рисунку. Так, во второй половине XIX века появился новый вид декоративного убранства - пропильная резьба, которая, постепенно усложняясь и совершенствуясь, стала приобретать характер изящного ажурного кружева, выполненного в дереве.

Если техника пропильной резьбы, ее приемы и основные эстетические свойства характерны и близки для многих областей России, то ее художественный строй, круг орнаментальных мотивов и образов глубоко традиционен и несет на себе следы чисто местного художества. Новое входило в практику через осмысление опыта, накопленного мастерами предыдущих поколений. Отшив спецодежды: спецодежда.

Местные плотники и теперь находились под обаянием декоративных форм суздальского каменного зодчества. Ведь зачастую они были одновременно и каменщиками. Поэтому в декоре деревянных домов наблюдается сильное воздействие форм каменного убранства. Происходит удивительный сплав каменного и деревянного узорочья, который можно увидеть только в Суздале и его округе.

Наличники со ставнями в виде «солнышка» были распространены в Центральной России почти повсеместно. Но только в суздальском Ополье мы встречаем очелье, обрамленное сверху своеобразным подзорчиком из хорошо знакомых по каменному зодчеству зубчатых городков и «бахромы», которые заменили собою обычный в данном случае поясок из мелких сухариков.

Как бы повторяя мотив декоративных кокошников на церковных фасадах, резчики обрамляют карнизы деревянных домов тем же узором. Более того, тот же мотив они применяют и при украшении наличников.

В завершении карнизов посадских храмов Суздаля декоративные кокошники дополнялись еще одним орнаментальным поясом, состоящим из зубчатых городков и поребрика. И хотя резчики по дереву не следовали слепо этому приему, они все же были под обаянием их кружевного убора и с любовью размещали их на своих наличниках. Непременной их принадлежностью являются витые колонки, поддерживающие кокошник. Такие колонки часто встречаются в резьбе суздальских иконостасов. Оттуда навыки пышной церковной резьбы были привнесены и в убранство домов, особенно богатых суздальских купцов. Таковы, например, дома Бибановых по улице Ленина (№ 110 и 112).

Необычной выразительностью отличаются также «волютные» наличники. Их формы почерпнуты, видимо, из архитектуры «московского барокко». Впервые они появились на кельях Покровского монастыря в Суздале, что можно связать с пребыванием здесь с 1698 по 1718 год ссыльной жены Петра I Евдокии Лопухиной. В дальнейшем этот тип наличника широко варьировался и стал излюбленным в Ополье.

Пожалуй, нигде в Верхнем Поволжье пропильной декор домов не имеет столь лаконичного характера, как здесь. Скромный подзор карнизов из несложных кружевных узоров да строгие по форме наличники - вот и все, по существу, детали убранства. Не увлекаясь обилием резьбы и разнообразием ее мотивов, мастера обращают преимущественно внимание на почти ювелирную разработку самой декоративной формы, на ее законченность. Легкие, графически прорисованные наличники и подзоры лишь слегка оживляют четкие объемы зданий. Согласованность одного с другим достигается за счет небольших нюансов и тонких контрастов. При этом декоративные формы отличаются необычной «архитектурностью». Резные подзоры, например, повторяют принципы построения и мотивы предшествовавших им просечных кружев на каменных зданиях. Наличники еще более «архитектурны», поскольку их формы непосредственно подсказаны местным каменным зодчеством и самобытно интерпретированы в дереве.

Суздаль | фотообои для рабочего стола | купить дом в Суздале